Кино — искусство изобразительное

Из лекции во ВГИКе

Кино — искусство изобразительное

Давайте начнем кино с самого начала... 

Первое, к чему я вас призываю, никогда не натаскивайте в павильон, где вам предстоит снимать, много реквизита. Что обычно происходит в процессе съемки? Ассистент по реквизиту, боясь промахнуться и чтобы его не обругали, идет на склад и приносит все, что там есть. Предположим, нужна обстановка начала века. И вот ассистент несет подсвечник, графины, свечки и все такое. Если оператор и режиссер со вкусом, значит, они все это выкинут и оставят две-три замечательные вещи. Если у них вкуса нет, они оставляют весь этот хлам и начинают снимать.

Кино Андрея Тарковского

Давайте разберем кино Андрея Тарковского. Начнем с натюрморта. Очень много предметов. Белая скатерть в кружевах - вроде бы красиво, но на ней и яблоки, и вазочка, и что-то еще... Уже много. Самое замечательное, что вы можете сделать, - это быть идеально конкретными. Простота - ваше спасение. Я бы взял не кружевную скатерть, а просто стол помазал вазелином и даже вазу не ставил, а положил бы три яблока на блестящий стол, поставил бы одно блюдце, яблоки побрызгал бы водой... Все это отражалось бы в поверхности стола. Вот уже законченная композиция. Простота должна быть, идеальная простота - это уже красиво.   

Пошли дальше. У вас панорама по стене. Очень редко наклеенные фотографии. И опять здесь должны быть выстроены композиции, изящно соединенные одна с другой. Вот в чем прелесть этого кадра. А если бы был боковой свет с длинными тенями от рамок, это было бы замечательно. Набор композиций -- вот ваша цель в этой панораме. А она сделана не очень хорошо.

  Далее, вы должны были выехать на следующий кадр. В чем ошибка? Вы хотите взять и дверь, и записку. Это невозможно. Надо было выехать точно на записку - какая-то пятая композиция; в это время открывается дверь, появляется контровый свет, который освещает записку. В чем смысл этого эпизода? Герой получает записку. Его еще нет в кадре, что совершенно замечательно, а записка уже осветилась. Уже есть какая-то загадка. Любая картина -- большая или маленькая -- должна начинаться с загадки. Зрителю должно быть интересно, что будет дальше. Вначале вы должны завлечь зрителя чем-то: вот какая-то неизвестная записка... После этого, выстроив хороший, точный подъезд, вы выезжаете на человека, который вошел в дверь. Таков должен быть ваш строй мыслей в этой фразе.  

  Далее: он читает записку, за ним - потоп дождя на белом фоне. Ужасающе неважный план. Вода всегда читается только на контровом свете и только на первом плане. Светлая вода на светлом фоне не читается. Потом опять идут натюрморты. Опять много лишнего, адски много лишнего! Все путается, каша какая-то все время. Стоят и чашка, и кофейник, и подсвечник... Есть замечательные стихи у Пастернака:  

«Нельзя к концу не впасть, как в ересь,

В неслыханную простоту.»

Вот когда вы научитесь снимать "неслыханную простоту", это будет самое замечательное.

  В чем ошибка дальнейшего? Во-первых, срезанная голова, когда он читает записку. Ведь это очень просто сделать, как следует: вы или с записки поднимаете панораму на голову, или с головы, когда герой читает, переводите на записку. Во-вторых, этот ваш горбун все время теряется. У меня такое ощущение, что он недосвечен. Мне совершенно наплевать, будет ли там моделирующий или заполняющий свет, но мне не хватает какого-то блика, который должен сориентировать лабораторию. В лаборатории, в чем они совершенно правы, вам напечатали план по окнам, потому что вы даете единственную печатающую яркость -- окно. Окна у вас хорошо высвечены, но как только лаборатория печатает по окнам (это ваша вина), моментально пропадает гор-бун. Если б у него был какой-то блик на скуле, или какой-то контровой, или на руке какая-то яркость... Он не виден на фоне стены, понимаете? Он с ней сливается. Силуэт должен быть. Пусть не видно глаз, пусть не будет портрета - ничего, но герой должен выделяться на фоне стены. Вот в чем еще одна ваша ошибка.   

 На мой взгляд, здесь не хватает также общих планов. Чтобы показать состояние героя, не обязательно использовать только крупные планы. И на общем с помощью пластики можно многое передать. Самое замечательное - это именно силуэты. Вот если бы вы своего горбуна, играющего на дудке, поставили на общем плане на фоне светлого окна в профиль - то есть сделали бы чистой воды силуэт, - вы таким образом смогли бы под-черкнуть, что это горбун, и мы бы почувствовали его настроение. Это было бы хорошо.   

Мастерство в кино 

Я хотел бы вас всячески призвать к тому, чтобы, пока вы учитесь, вы твердо, железно, обязательно овладели бы мастерством. Мастерством не творческим, а чисто технологическим. Чтобы вы не были рабами каких-то случайных обстоятельств. Сейчас появилось целое направление в кинематографе, порожденное то ли безденежьем, то ли странным, тревожным нашим кошмарным временем. Я не знаю, как это назвать, не могу объяснить... Но что получается? Оператор с режиссером заходят, к примеру, в эту комнату... Что они видят? Вот красивое отражение. Вот сидит человек на боковом свете - замечательно. Тень над столом - очень красиво. Шкаф хорошо освещен. И что делает оператор? Вместо того чтобы поставить такой свет самому, что самое главное в нашей профессии, оператор идет на поводу у обстоятельств. Он ставит штатив и смотрит: "Так, пленка "Кодак" - все возьмет!" И он открывает диафрагму 4 - все получается, все прорабатывается, пока человек сидит за столом. После этого человек встает и пересаживается. Оператор панорамирует на него -- уже получается маленькая недодержка (даже на "Кодаке"). Пленка уже не тянет, но он продолжает снимать... Если кто-то входит в дверь, он и его снимает - уже полная недодержка. И по такому принципу снимается вся картина. То есть оператор не сам ставит свет, а идет от обстоятельств. Даже если он в этой ситуации добавит какой-то при-бор, пойдут лишние тени, будет пересветка. Рисунок тут же ломается. Поэтому все снимается при том свете, который дала природа, будь то пасмурный день или солнце.   

  Другой пример: спит девушка, горит лампа - света хватает. Потом девушка встает, подходит к стене - света уже не хватает. Добавить свет оператор не может, потому что добавочный свет тут же перебьет свет, который получился при лампе. И так происходит все время...  

  Что нужно делать на самом деле? Ставить свет, хотя это гораздо труднее, сложнее и, вероятно, дороже. С помощью приборов делается тот же самый свет, и тогда получается нормальный негатив. Любой негатив, чтобы он печатался нормально, должен иметь хоть какую-то плотность, хоть какую-то - не может быть иначе. Все операторское мастерство, несмотря на всякие новые веяния, проявляется только в одном: есть ли в картине черный и белый цвет. Вот черного цвета у нашего оператора быть не может, потому что у него нет плотности, у него все время нет плотности. Я вас очень прошу: во ВГИКе вы сами должны ставить свет. Потом вы можете делать что угодно, но здесь вы должны овладеть мастерством.